Рождениеи становление Харькова или Харьков как украинский город

Основан Харьков был в 1654 г., именно тогда, когда Богдан Хмельницкий перешел со всей Украиной под московскую “протекцию”. Город основал отряд украинских переселенцев во главе с предводителем — осадчим Иваном Каркачем. Пусть же память об Иване Каркаче вовеки живет в Харькове наряду с памятью о первом харьковском казачьем атамане Иване Кривошлыке. Хотя об Ив. Каркаче как о первом харьковском осадчем упоминается только в позднейших документах (второй половины XVIII ст.), но мы не можем их игнорировать, а вместе с ними и Каркача, так как незачем было тогда выдумывать его: очевидно, что имя это сохранилось в памяти населения, а кроме того, и по ранним документам ведомы среди харьковского населения Каркачи, причем фамилия эта известна и ныне.

Украинские переселенцы из Заднепровья пришли на дикое поле и поселились там, где река Харьков впадает в реку Лопань — на Харьковском городище, где когда-то, в домонгольський период, в XII ст., был, видимо, расположен старорусский украинский город, и где теперь в Харькове находятся “университетская горка”, собор и старинный университетский корпус. Здесь, в 1656 году харьковцы выстроили земляную и деревянную ограду вокруг городища и возвели ее, как нам известно, по своему украинскому обычаю, чтобы защитить себя от татар, но эта ограда не пришлась по вкусу московскому воеводе, который велел выстроить крепость по московскому образцу.

Вот так с самого начала обнаружились две власти и в стихии культуры — украинская и великорусская. Но по составу населения Харьков был, можно сказать, чисто украинским городом, так так сюда сразу же явилась немалая группа украинцев — 587 казаков, а с женщинами и детьми это составляло, возможно, до 2000 человек. Они образовали казацкое объединение, с разбиением на сотни и десятки, во главе с атаманом, сотниками и десятниками.

Д.И.Багалею посчастливилось разыскать в архиве и опубликовать список этих харьковцев — из него видно, что это были украинцы — семьи Иваненко, Тимошенко, Ефименко, Гордиенко, Алексеенко, Мельник, Колесник, Коваль, Кушнир, Котляр, Швец, Ткач, Кравец. Видим среди них и Журавля, Дудку, Стреху, Ломаку, Тетерю, Сыроежку, Горобца и прочих. Были Тихий, Дурной, Кривой, Недбаенко. Был Кременчуцкий (видимо, из Кременчуга), Волошенин (наверное, из Волощины), Москаль (из Московии). Видим также   — Якова Шаркова зятя: очевидно, что знали больше самого Шарко, нежели его зятя Якова, и тот свою фамилию заполучил от тестя.

В 1665 г.  в Харькове украинцев было 2282 чел. мужского пола (мещан 1290 и земледельцев 992), а великороссов (детей боярских и других служилых людей) — 133. 

В 1668 г. украинцев было 1491 мужского пола, великороссов (служилых и приказных людей) 75 чел. (видимо, здесь учтены только казаки и служилые люди без детей и родственников).

В 1670 г. в Харькове возросло число великороссов, так как многие русские служилые люди остались в городе, чтобы защищать его от татар. Украинцев тогда было 2101 чел. мужского пола, великороссов - 415 чел. мужского пола.

В 1673 г. число украинцев составило 1276 чел. мужского пола, великороссов 118 чел.; это все были дети боярской городовой службы, а полковых русских служилых людей уже не было.

В 1675 г. количество великорусских служилых людей снова резко увеличилось (в 6 раз): теперь их было 625 чел.

В 1686 г. великороссов приходилось 571 чел. на 1937 украинцев.

Во второй четверти XVIII ст. Харьков был чисто украинским городом. Из переписи Хрущова 1732 г. мы узнаём, что число украинцев тогда по сравнению с великороссами с XVII века увеличилось. Фамилии харьковцев чисто украинские, и, если бы их знал Н. В. Гоголь, ему незачем было бы выдумывать фамилии своих персонажей: мы видим и Квитку, и Горлицу, и Незовибатька, и Богомаза, и Лупикобылу, и Лупикобыленко, и Сухоребрика, и Недерикута, и Кадигробенко, и Отченашка, и Кусьволка, и Штанько, и Пацюка, и Вареника.

Очень интересен состав населения Харькова в 1732 г. по национальности и социальному положению. Больше всего проживало в Харькове казаков: выборных казаков - 775 чел., подпомощников у них - 1531, казачьих подсоседков - 85; казачьей старшины с работниками - 71, цеховых ремесленников - 492, подданных, посполитых и работников - 205, духовенства с работниками - 170; великороссов - 235, греков и других иностранцев - 21; всего 3595 человек.

Следовательно, больше всего было казачьих подпомощников, за ними идут выборные казаки, а затем цеховые ремесленники. Выходит, Харьков в социальном отношении был таким же украинско-казачьим городом, как и другие города Слободской Украины. Разница была только в том, что здесь проживало много цеховых, которых не наблюдалось в других городах. Харьковские мещане в начале XVIII ст., как мы знаем, были присоединены к казакам и отданы под полковничью власть.

Харьковские казаки делились на две сотни. Выборные казаки были более состоятельными людьми, нежели их подпомощники. У выборных казаков было больше работников, которые проживали в их семействах. На каждый двор выборного казака приходилось в среднем по 5 душ мужского пола, а если включать работников и подсоседей, то получится по 5, 7 чел. на семейство. Очевидно, что это были очень большие семейства, в то время как мы привыкли думать, что украинские семейства обычно были малыми. Иногда одно семейство помещалось в одном доме, но чаще оно проживало в нескольких хатах (избах), только на одном подворье.

Но попадались иногда и малые семейства: 14 семейств состояли из одной души. В 60 семействах, которые имели работников и подсоседков, было по 3-4 человека. Интересно, что были и вдовы-казачки, которые от себя отряжали на службу, возможно, наёмных подпомощников. В состав 20%  семейств входили люди, не являющиеся родственниками. У казачьих подпомощников на семейство вообще приходилось по 6 чел. мужского пола.  Только 12 подворий подпомощников находилось на подварках, т.е. не в самом городе, а в предместье, и 21 семейство проживало на чужих дворах, которые принадлежали казацкой старшине или вдовам казаков.

Цеховые люди относились к следующим ремёслам: были ткачи, швеи, котляры (котельщики), кузнецы, мясники, рымари (шорники), музыканты, стекольщики, шаповалы, бондари (бочары), гончары (горшечники), портные, дегтяри, кушнари (меховщики), плотники, маслобойщики, виноделы, солодовники (пивовары), коцари и коцарки (ковровых дел мастера и мастерицы). Интересно, что музыканты также считались ремесленниками, так как и в самом деле они играли на свадьбах и кормились своим ремеслом. От рымарей и коцарей получили свои названия нынешние Рымарская и Коцарская улицы Харькова. Все цеховые имели свои собственные подворья и дома, кроме 5 человек, которые проживали на подворьях полковника Квитки. У цеховых были ещё меньшие семейства, чем у казаков-подпомощников, у них приходилось немногим более 3 чел. на семейство. Были у них, однако, работники и подсоседки — по 2 чел. на семейство. Значит, работников у цеховых было значительно больше, нежели у казаков и подпомощников, ибо каждый ремесленник хотел иметь работника.

Духовенства с работниками было 116 человек. В Харькове тогда было 9 церквей и при каждой обычно по 2 священника, а при соборной   - 2 протопопа. В монастыре проживало 13 монастырских работников. Духовенство проживало в церковных домах при церквях. Кроме того, отдельные священники имели ещё и собственное подворье, на котором проживали их дворовые и работники. При церквях, как мы знаем, были школы, в которых проживали учителя — дьяки. Таких учителей было тогда в Харькове 19 чел. При церквях были также и больницы. В Харьковском коллегиуме жили ученики латинской школы.

"Поспильство", или подданные, размещались на 22 подворьях в 29 хатах. Жили они на подварках в предместьях маленькими хуторами: на хуторах полковника Квитки, подпрапорного Черняка, казака Коваленко, ландмилицейского полковника Дунина, полковника Куликовского, угольчанского сотника Михайлова, харьковского сотника Ковалевского, харьковской содержательницы магазина Назаренковой, Харьковского Покровского монастыря, троицкого священника, харьковского городничего Голуховича; возле этого хутора была водяная мельница на реке Харьков, а при мельнице жил мельник с семейством. На той же реке Харькове было ещё 2 мельницы с мельниками.

Особое место занимали в Харькове великороссы и иностранцы. Они подразделялись на несколько групп. Одна часть великороссов попала даже в казаки. Они в прошлом были служилыми людьми, которые записались в казачество, когда в Харькове в 1700 г. были упразднены воеводы; их было немного — 13 дворов. Кроме того, в Харькове проживали по паспортам посадские люди, явившиеся сюда ради торговли из разных великорусских городов — из Курска, Вереи, Белгорода, Чугуева, Тулы, Ельца, Венёва. Далее идут армейские чины — "абшитованный" капитан, поручики и другие; почти все они имели в Харькове собственные дома. Были тут ещё московские служилые люди, которые ранее записались в казаки, но в 1731 г. были возвращены на подушный оклад и записаны в ландмилицию.

Греков и других иностранцев было 21 чел., среди них крещеный арап и вдова-полька, евреев совсем не было. Проживало в Харькове двое греков— Константинов и Челенби, занимавшиеся купечеством; у одного из них был в работниках татарин.

Хотя в то время Харьков был таким же полковым городом, как и Сумы, Ахтырка, Изюм, Острогожск и не имел статуса центра всей Слободской Украины, но всё-таки он и по числу жителей, и по социальному составу своего населения отличался от этих городов, имел перед ними преимущество. Он был украинским казачьким городом, но в нём проживало столько великороссов, сколько не было ни в каком другом полковом городе.

Уже тогда в Харькове проживало и великорусское купечество, которое вскоре значительно увеличилось. Всё это было началом того нового облика, который Харьков обрёл позднее. В 1732 г. это был украинский город как с национальной, так и с социальной точки зрения. Более 90% населения составляли украинцы. Первое место занимало казачье сословие. Казаки были собственниками большей части городских подворий и домов. За ними шли украинские ремесленники — это также было устоявшееся городское сословие, которое сосредоточило в своих руках необходимые всем ремёсла. Ремесленники также проживали в собственных домах. И казачество, и цеховые поселялись тогда в Харьков не на подварках, а в самом городе, даже в его центре, на нынешних центральных улицах.

Интересно, что и улицы того времени получали свои названия благодаря этим простым казакам и ремесленникам. Не говоря уже о таких улицах, как Рымарская, Чеботарская, Коцарская, Кузнечная (они были названы так в честь ремёсел), мы имеем ещё такие названия харьковских улиц в 1724 г. в Соборном приходе: улица пана полковника Квитки в замке, улица пана судьи (Квитки), улица Сотницкая (пана сотника), Беседина (где жил Беседин), Михайла Дрыкги (где жил Дрыкга), Сушковая (где жила Сущиха), Макс. Писаря (где жил М. Писарь), Сем. Богодуховского (где жил Сем. Богодуховский), Синицкого (где жил Синицкий), Енощина (где жил Еноха), Борисенковая (где жил пушкарь Борисенко), Пистунова (где жил Пистун), Гребениковая (где жил Гребеник), Куликовка (где жил Кулик), Чайкина улица над овражком; всего 20 улиц в центре. В Николаевском приходе было 6 улиц: над овражком Щаповалова (где жил Шаповал), Карабутова (где жил Карабут), Бибикова (где жил Бибик), Шеметова, Калебердина (где жил Калеберда).
В Вознесенском приходе — две улицы — Шапрановская (где жил Шапран), Чугаевская (где жил Чугай).

В приходе Покровского монастыря — одна улица Пищальчина (где жил Пищалко).

В Троицком приходе — 6 улиц: Назарцева (где жил Назарец), Клименкова (где жил Клименко), Гунченкова (где жил Гунка), улица господина Сизиона (где жил Сизион), Юрченкова (где жил Юркевич).

В Михайловском приходе — 4 улицы: Кулиничина (где жил Кулинич), Корсуновская, Золотарёва (где жил Золотаренко), Верещаковская.

В Воскресенском приходе — 8 улиц: Дегтярёва, Котлярова (где жил Котляр), Мильныкова (где жил Мильнычка), Оноприева (где жил Оноприй Резник), улица к Меркулу (где жил Меркул), Склярова (где жил Скляр), Крохмалёва (где жил Крохмаль), Миргородовская.

В Дмитриевском приходе — 5 улиц: Ив. Турчина (где жил Турчин), Вас. Титаря (где жил Титарь), Як. Котки (где жил Котка), Ив. Кривого (где жил Кривой), Вас. Котляра (где жив Котляр).

В Благовещенском приходе — 4 улицы: Бережная, Помазанова, Опанасовская (где жил Панасенко), улица Чёрного Ивана.

Как видим, украинско-демократический дух населения Харькова отразился даже в названиях его улиц. Таким же украинским демократичным был и состав его домовладельцев. В самой богатой аристократической части Харькова тех времён — в соборном приходе — видим помимо маленькой группы казачьей старшины (дворян и чиновников тогда вовсе не быо), такие демократические фамилии казаков и цеховых, как Цилюрик, Звонарь, Голод, вдова Панамарка, вдова Матяшиха, Бабеха, портной Шватченко и т.п. То же самое можно сказать и о домовладельцах улиц Николаевской церкви, Покровского монастыря и вообще всего Харькова.

Вот что писал Д.И.Багалей в "Истории Слободской Украины":
"Наверное, то, что мы повествуем сейчас о национальном украинском составе харьковского населения, будет в диковинку для его теперешних жителей и особенно для тех, кто, не интересуясь местной историей и не видя теперь ничего украинского, думал, что Харьков никогда и не был украинским городом. Но всё это подтверждается документальными свидетельствами, которые найдены мной в разных архивах. Что касается названий улиц и прозвищ домовладельцев, то этот документ напечатан мной вместе со списком харьковцев 1656 г. в 1-м томе моей “Истории г. Харькова” в качестве особого приложения к нему, и кто захочет ознакомиться с ним, тот найдёт там целый ряд чисто украинских фамилий харьковцев за 1724 г. и среди них увидит, наверное, немало и таких, потомки которых проживают в Харькове и ныне, давно отрекшись от языка своих дедов и прадедов."

Почему же в Харькове было так много мелких домовладельцев? Потому, что население его, равно как и все слобожане, пользовалось теми льготами, которые все переселенцы получили от московского правительства, и среди этих льгот на первом месте стояла земельная, т.е. земельный надел на основе заёмочного права. Первые харьковские переселенцы получили даром на веки вечные земли под строительство жилья и право свободного безоброчного наследственного владения пригородными землями. Такие права получали и новые переселенцы. Вот почему появилось так много домовладельцев среди харьковцев — каждый, получив землю в городе, тотчас начинал строить себе жилище. Так обычно поступали крестьяне; так поступали и горожане-харьковцы, так как и они мало чем отличались от крестьян: их основным занятием было земледелие.

Построить хату-мазанку было достаточно легко — леса, камыша, соломы и глины было вдосталь. Ещё в начале ХХ столетия в Харькове сохранялось со старых времён немало таких хат под соломенными стрехами. Такие жилища мы видим на старых рисунках Харькова XIX ст. Соломенным и деревянным был почти весь Харьков в XVII и в первой половине XVIII ст. Каменными зданиями в казачьем Харькове были только Покровский монастырь, Коллегиум, Собор да две приходские церкви. Каменных домов не было ни у кого. Лавок с рундуками было 290, кабаков (шинков) 163, винокурен 29, но все они были деревянными.

В 1724 г. в Харькове было всего 1345 дворов, а в 1732 г.— 1280 жилых домов, население же вместе с женщинами в 1732 г. составляло 7000 чел., т.е. один жилой дом приходился на 5 человек. Просторно жили тогда харковчане. Плана городского поселения в казачью пору не было. На плане 1768 г. мы видим и старый план Харькова, улицы шли не прямыми, а кривыми линиями; была масса пустующих земель. Харьков даже в конце XVIII ст. представлял из себя большую слободу. Академик Зуев и описывает Харьков как подобную слободу. Дома, пишет он, разбросаны без всякого порядка, но широко — версты на 3 или 4. Это были, по его словам, украинские хаты-мазанки. Были слободы — Захарьковская, Залопанская, Клочковская и даже хуторы-подварки. По новому плану под Харьков было отведено 637 десятин.

Даже в 1794 г. чуть ли не все жители имели свои собственные дома: дворов было тогда 1807, домовладельцев - 1601, всех обывателей - 1792 семейства; из них не имело своих домов только 191 семейство.

Источник: http://kharkov.vbelous.net

Коментарии:

Оставить комментарий